Брайян Эпштайн (Brian Epstein)

Брайян Эпштайн (Brian Epstein)Эпштайн родился в зажиточной еврейской семье, рос беззаботно под крылом родителей, прививших ему понимание искусства. Дед Исаак в начале века эмигрировал из Польши и основал в Ливерпуле мебельную фабрику, которую затем его сын Гарри возглавил и расширил. В 1930 году Гарри Эпштайн женился на богатой девушке из еврейской семьи. Это была счастливая супружеская пара. Брайян родился 19 сентября 1934 года, через два года родился его брат Клив. С 1940 года Ливерпуль подвергался разрушительным бомбардировкам, поэтому его жители эвакуировались. Эпштайны также покинули Ливерпуль и перебрались в Саутпорт, где Брайян начал посещать колледж. Это были не очень хорошие для него годы. Он с большим трудом приспособился к новой жизни, но не включился в нее. Одноклассники относились к Эпштайну как к чужаку, да и учителя не пытались понять упрямого мальчика.

Через три года семья Эпштайнов смогла вернуться в Ливерпуль. Здесь Брайян продолжил учебу в колледже. Ходил он туда без особого желания, мало интересовался учебным материалом и проявлял особого усердия. Он старался не принимать близко к сердцу, когда на улице дети обзывали его евреем, но, безусловно, страдал от этого.

До 1950 года Брайян перебывал в семи школах и ни в одной не смог нормально доучиться до конца. Мечтал он о двух профессиях: художника-модельера и актера. Но отец не принял ни того, ни другого. Правда, при поддержке матери ему было разрешено после прохождения воинской службы посещать театральную школу. Его служба в армии продолжалась десять месяцев, после чего он был демобилизован по медицинским показаниям. Психиатры заключили, что Брайян не годен к военной службе как в умственном, так и в психическом отношении.

В шестнадцать лет Брайян Эпштайн начинает работать на фирме своего отца продавцом мебели. После курса обучения на другой фирме ему было поручено художественное оформление витрин на отцовском предприятии. В новом филиале отцовской фирмы Брайян возглавил секцию пластинок. Победный марш долгоиграющей пластинки пришел и в Англию. Молодое поколение покупало синглы с записями известных рок-ансамблей и рок-певцов. Выпуск этих пластинок постоянно рос. С воодушевлением, завидным усердием и здоровым коммерческим духом взялся Брайян за работу, которая полностью его поглотила. Отцу удалось открыть еще один филиал в центре Ливерпуля. Купленная в 30-е годы отцом Брайяна Эпштайна фирма NEMS (North End Music Stores) стала известна далеко за пределами Ливерпуля.

Для журнала "Mersey Beat" Брайян Эпштайн писал объявления, рекламные статьи и обзоры пластинок. Его тщеславие было настолько велико, что у себя в магазине он хотел иметь запас всех пластинок, независимо от того, была ли это классическая музыка, эстрадная, поп-бит-музыка или джаз. Будучи деловым человеком, Брайян заметил, что лучше всего покупаются пластинки с записями бит-музыки.

Это произошло 28 октября 1961 года. Один из покупателей попросил пластинку с песней "My Bonnie" в исполнении Тони Шеридана, но на складе ее не оказалось. При этом он назвал ансамбль Beatles, сопровождавший пение Шеридана. Эпштайну название этого ансамбля было незнакомо. Когда спустя несколько дней поступила еще одна заявка на эту пластинку, Эпштайн навел справки и, к своему удивлению, узнал, что группа Beatles является ливерпульской группой. Потом ему рассказали, что музыканты из этой группы неоднократно бывали в его магазине. Они редко покупали пластинки, в основном приходили для того, чтобы послушать новые записи. Магазин оказывал клиентам и такую услугу.

С Beatles Брайян Эпштайн познакомился в клубе Cavern. Он пришел туда со смешанным чувством, так как считал себя старым для этого молодежного клуба. Брайян Эпштайн была представлен Beatles, и от них он узнал, что песня "My Bonnie" была записана западногерманской фирмой "Полидор". Эпштайн срочно заказал 200 пластинок. Он был уверен, что сделал верную ставку. Контакт между ним и Beatles был установлен. Однажды Брайян спросил, не хотят ли они с ним сотрудничать. Не долго раздумывая, Beatles согласились.

В декабре 1961 года состоялось подписание контракта между группой Beatles и их новым импресарио. Знали ли тогда четверо музыкантов из Ливерпуля, что они подписали самый важный контракт в своей жизни? Даже Эпштайн не предполагал, что выпадет на его долю. Своим родителям он сказал: "Я хочу вести дела этих парней. Это займет у меня не более одного дня в неделю". Мать Эпштайна скептически заметила: "Брайян собирается начать делать что-то довольно странное, особенно если учесть, что со временем ему предстоит возглавить семейную фирму". Позже она вспоминала: "Для Beatles Брайян стал отцом. Им нравилась его честность и то, что он твердо верил в их успех".

Даже если Beatles не всегда были согласны с планами и идеями Эпштайна, нельзя упускать из виду одного факта: с этого момента их жизнь проянилась, в работе появился порядок, все для них стало намного проще и вместе с тем удобнее. Рядом всегда был тот, кто делал им рекламу, кто заботился о них. Эпштайн начал систематически проводить воспитательную работу. Членам группы запрещалось выступать в поношенной повседневной одежде. Были запрещены курение и использование жевательной резинки на сцене. Своим новым подопечным Брайян раздал отпечатанный на фирменном бланке план с расписанием. Это произвело на них серьезное и деловое впечатление. Дальнейшая работа Beatles, их выступления и гастроли, записи в студиях направлялись и контролировались Эпштайном и командой его помощников.

План гастрольных поездок Брайян Эпштайн составлял до минутной точности. Опоздание и небрежное отношение к работе со стороны сотрудников приводило его в бешенство. Хроническая бессонница, которую Эпштайн пытался преодолеть с помощью огромного числа таблеток, вносила беспорядок в его рабочий день. Брайян Эпштайн всем сердцем полюбил ребят, в значительной степени пожертвовав ради работы с ними своей личной жизнью. Он любил беседовать с ними, и еще он любил преподносить им дорогие подарки. У него не было ничего кроме работы с Beatles и его хобби. Он испытывал радость от возможности обставлять свою благоустроенную квартиру изысканной мебелью. Он увлекался испанской корридой. Иногда во время отдых он играл в азартные игры. Но и при этом Эпштайн всегда оставался здравомыслящим и хладнокровным бизнесменом. Он часто выигрывал больше суммы, потому что всегда знал, когда надо прекратить игру.

В сущности, он всю свою жизнь страдал от того, что ему не удалось по-настоящему заниматься творческой деятельностью. Однажды Брайян заменил неожиданно заболевшего актера в спектакле театра Сейвилл, который он финансировал. Брайян радовался этому как ребенок. Не удались ему и неоднократные попытки создания семьи, о чем он почти никогда не рассказывал.

В последний год жизни в его отношениях с Beatles появился едва заметный разлад. После завершения гастролей Эпштайн чувствовал себя ненужным. Ему не хватало прежнего духовного общения, ему недоставало личной близости с четверкой музыкантов, которые стали для него настоящими друзьями. Может быть, втайне он опасался со временем потерять их совсем. Вспоминая об этом времени, Клив, брат Эпштайна, рассказывал, что Брайян в первые годы сотрудничества с Beatles работал из самых лучших побуждений: "Сегодня мы знаем, как надо было заключать более выгодные для них контракты. Но не следует при этом забывать, что все мы были новичками в шоу-бизнесе".

В 1977 году Тони Пальмер высказал мнение, что Брайян не был хорошим предпренимателем. Под конец он уже не мог охватить деятельность своей фирмы "NEMS Enterprises" и боялся, что не сможет нести за нее ответственность. Он забирал 25 процентов от общего дохода Beatles. Безусловно, Джон Леннон не имел в виду ничего плохого, когда позже с обычной для него прямотой и в заостренной форме заявил: "Он засунул нас в костюмы и так далее, и мы добились успеха, стали очень великими. Но это была распродажа. Когда мы начали свое первое турне по Англии, музыки уже не было".

Дерек Тейлор, один из близких сотрудников Эпштайна, относился к немногим людям, которые знали, что Брайян писал свою автобиографию. Когда Тейлор получил возможность прочитать одну из редаций рукописи, он понял, что Эпштайн был глубоко одиноким человеком, который в деловых, творческих и человеческих отношениях требовал от своих партнеров полной отрешенности. Будучи мечтательной натурой и утонченным денди, он боялся насмешек и презрения со стороны других людей. Его собственное мировоззрение было отягощено конфликтами. Во время гастролей Beatles он жил в постоянном страхе, опасаясь, что Джон и другие члены группы выскажут определенную позицию перед общественностью в связи с агрессивными войнами, которые вела Америка. Сам он был членом лейбористской партии, поддерживал Вильсона и политику левых сил Англии.

Из всех сотрудников, окружавших Эпштайна, Дерек Тейлор лучше всех знал Брайяна: "Были и другие стороны его жизни. О них он не рассказывал, но они причиняли ему горе. Он часто бывал несчастлив, и тут никто из нас не мог ему помочь. У Брайяна был большой круг знакомых, но бывали моменты, когда он не мог никого застать дома. Если тебя постоянно окружает большое число людей и вдруг ты никому не можешь дозвониться, то чувствуешь себя несчастным. Когда такое случалось, Брайян просто сходил с ума. У него появились мысли, что это конец. В одну из таких ночей он умер".

Когда Beatles узнали о смерти Брайяна Эпштайна, наступившей в ночь на 27 августа 1967 года, Джон сказал: "Я боюсь! Мне кажется, теперь все рухнет..."
 
• Статьи